Завелся несколько лет назад в Ирландии некий собирательный образ.  Назовем его Коля.  Или Петя.  Или Рома.  Неважно, ибо от перестановки мест слагаемых сумма, как известно, не меняется.  Собирательный образ на то и собирательный, чтобы особоличностной нагрузки не нести.  В общем, неважно, как мы назовем наш горшок, главное, как мы его слепим.  И обожгем.

Наш собирательный Коля или Петя был в натуре нашим.  Пацаном.  То есть, уже почти взрослым пацаном - слегка под тридцатник или за тридцатник.  Или даже далеко за тридцатник, не суть.  Жил он себе поживал один-одинешенек.  Работа-дом, работа-дом, работа-пиво-дом.  Вот за пивом по пятницам он мог немного подрасслабиться и таким же "пацанам" пожалиться на одинокое житие свое.  "Баб нормальных тут нет,"-говорил он Серёже-другану, -"одни лохушки, толстушки и лягушки."  Серёжа хихикал  и прятал нос в бокал.  Дома его ждала жена, двое детей и ипотека на 30 лет, поэтому Сережиного либидо хватало только на борьбу с уже имеющимися приложениями мужского счастья, а на исследование "бап" уже не оставалось никаких сил.  Посему, он всецело на мнение кореша полагался и побасенками его изрядно кормился.

"О местных я вообще молчу,"-продолжал неудачливый Казанова, -"местные тут никакие".  Серёжа было заикнулся:"Да есть, вроде, ничё так..."  "Есть, говоришь?!"-грозно переспросил Петя или Рома.  Повспоминал, кого из местных пытался цеплять и какими провалами все кончилось.  Вспоминать было особо нечего и стыдно, так как попыток было всего три, из которых две окончились опозданием мужской половины свидания, а последняя успешно провалилась после Ромопетиного пьяного выступления на тему "Все бабы - дуры, а местные - еще и деревенские."  

"Не-е-е, фигня тут полная, забудь!"-решительно подытожил он, изгоняя последние призраки неудавшегося прошлого и затих.  Ненадолго, правда.

"А вот наши...наши тут борзеют не по дням, а по часам!"-сказал милый ромопупсик, делая лицо обиженного минетом мужа.   Еще бы!  Знакомые дамы все сплошь резко поимели наглость более не терпеть мужей и быстренько разводились.  Многие даже бесстыдно выходили замуж за местных!  О времена, о нравы!  Нахалки.  Подумаешь, поставил муж фингал, велика важность.  Так это от неземной любви, дура!  А уж мат в семейной жизни и вообще давно пора приравнять к любовной лирике.  Чего уж говорить о невинных "заткнись"  и "отвали".   Таких эмансипалок Коля-Петя не понимал и амуров с ними избегал.  Однако, и с юными розами тоже было не по себе.  Казалось, все дамы старше 18 только и думают, что о карьере, личностном росте и совершенствовании.   Это нашему герою критически не нравилось.  "А кто же меня будет с ложечки кормить и стихи перед сном читать?" - трагически восклицал он и видел, увы, всегда один и тот же конец, точнее спину очередной уходящей дамы.  Оставался еще спасительный интернет с его сайтами знакомств, но и там Колепетю постигло жуткое разочарование.  Дамы не хотели с ним знакомится, а если и хотели, то не с ним, а с его зарплатой и тэ дэ.   Либо интересовались размером.  Да-да, тем самым, который не только зарплаты.  "Меркантильные прошмандовки!" - рыдал Петя, он же Рома, одной рукой громко сморкаясь в подушку, а другой перебирая свежую коллекцию порно.
Наконец, какая-то девушка действительно согласилась с ним встретиться.  Было удивительно, но она не задавала каверзных вопросов и не интересовалась материальным положением кавалера.  Она пришла вовремя и не делала замечаний о Петеколином получасовом опоздании.  Она слушала его двухчасовой монолог и в конце встречи даже предложила оплатить свою часть счета.  Она была симпатична и умна.  Слишком симпатична и умна.  Поэтому на вторую встречу Коля-Петя просто не пошел.  Назначил и не пошел,  за 10 минут до рандеву позвонив даме и сказавшись больным.  И сладко растянулся на своем диване в окружении стопки компьютерных игр, порнофильмов, пива и чипсов.  

"Впрочем, была тут одна!"-неожиданно сказал он Серёже.  Серёжа перестал нюхать пиво, поднял голову и застыл в позе змеи перед броском.  "Была..."-повторил Колером, мечтательно глядя в синеющую даль телевизионного экрана.  "Ну?!" - прямо-таки взревел друган.  "А что ну?  Бросил я ее!"-победно сказал Ромопеть и откинулся в кресле.  "Бросил?!"-повторил кореш.  "Бросил?  Даё-ооо-шь!  Ну, ты, старик, силён!  Не мужик, а кремень!"-восхищенно протянул он, с тоской думая об ипотеке и заканчивающемся в бокале пиве.  "А то ж!"-горделиво ответил "крутой пацан", откинулся на спинку кресла и победно посмотрел на входящих в паб девушек.